Разговоры по душам - Страница 38


К оглавлению

38

— Ты мог дать мне тот диск…

— Тебя осматривал врач. Он сказал, что ты должна все вспомнить сама, без посторонней помощи, иначе у тебя будет нервный срыв. Мы хотели все тебе сказать еще в среду, но он запретил. Поэтому я спрятал эти книжки и диски. Мы боялись тебе навредить. А я слушал запись, чтобы ничего не перепутать. Я ведь никогда не читал твои романы…

Триш подняла на него абсолютно спокойные, только очень усталые глаза.

— А спал ты со мной тоже из лучших побуждений?

Мэтт замялся. Очевидно, она не помнит, как домогалась его все эти дни и ночи — как же сказать об этом?

— Триш, я не спал с тобой…

— Врешь, негодяй! Я помню вчерашнюю ночь. Ты был со мной, голый, в одной постели. Мы катались по ней, словно звери… о, как это было ужасно и мерзко! Ты рычал, словно собирался перегрызть мне горло…

— Я прятался от тебя! Ты не давала мне проходу все эти дни! Ты сама меня чуть не изнаси…

Сэнди изо всей силы ударила его по спине, и Мэтт поперхнулся на полуслове. Обернулся к Сэнди, а она одними губами шепнула беззвучно:

— Не добивай…

Мэтт вдруг смертельно, уж-жасно устал. Он с силой потер ладонью лицо.

— Ладно, Триш. Думай что хочешь. Моя совесть чиста. У нас с тобой ничего не было. Клянусь памятью родителей…

До него долетел тихий, отчаянный шепот Триш:

— Боже, какой стыд…

Мэтт посмотрел на Сэнди — девушка кивнула едва заметно. Мэтт вышел из комнаты, осторожно притворив за собой дверь.

12

«…Ничего не осталось — только бездна и бесконечное небо, только маятник, раскачивающий два тела по сумасшедшей амплитуде, от жизни к смерти, от конца к началу, и уже нет нужды сжимать руки, потому что сплавлены воедино кровь и плоть, кожа и дыхание, но и разомкнуть эти объятия невозможно, ибо как разорвать то, что от века было едино и лишь по глупому недоразумению столько времени не могло этого понять?..

Огонь поливал теплым золотом слившихся в жарком объятии любовников, медвежьи шкуры стали их брачным ложем, и ряды древних томов одобрительно глядели на таинство, которому тысячи лет и которое всегда юно и неопытно…»

Мэтт медленно спустился по лестнице, едва волоча ноги от навалившейся усталости. Выплеснул все эмоции в комнате наверху, теперь ничего внутри не осталось, ни раздражения, ни желания что-то объяснить, исправить… Поганое чувство, особенно учитывая, что он ни в чем не виноват.

Дядя Кларенс после ночных бдений спал мертвым сном, и Мэтт решил приготовить себе какой-нибудь завтрак. Яичница с беконом будет в самый раз. И если Сэнди спустится вместе с Триш, он и им быстренько сварганит глазунью…

На кухне кто-то был. Оттуда доносились неясные шорохи и постукивание. Мэтт глянул на часы, висевшие в гостиной, — однако! В семь часов уже кто-то проснулся?

Мэтт вошел на кухню — и окаменел.

Напротив него точно такими же каменными изваяниями застыли супруги Слингсби. Мэтту понадобилось не менее десяти секунд, чтобы понять, ЧТО они делали до его прихода…

Мистер Слингсби, утративший свою обычную апатию и малоподвижность, только что занимался тем, что насыпал горстями соль в канистру с молоком и размешивал ее длинной ручкой половника. Сара Слингсби опорожняла свою пачку соли в полупустые мешки с мукой и сахаром. Мэтт медленно протянул:

— Та-ак… И что мы тут делаем?

Слингсби вышел из ступора и нагло сообщил:

— Мы собирались приготовить себе завтрак.

— Серьезно? Что ж, прошу, продолжайте.

Сара заблеяла:

— Мэтт, это просто веселый розыгрыш, ничего больше…

Мэтт кивнул.

— Не сомневаюсь, те, кто сегодня будет пить кофе с молоком и сахаром, нахохочутся всласть. Значит, вот зачем вам нужна была соль…

Мозги ворочались у него в голове медленно, но поступательно. Что еще нашла в их вещах Триш… кроме наручников и презервативов?

Снимки дома во всех ракурсах. План участка и дома. Справки из Земельного департамента.

«Мэтт, ты так и не решился продать «Тихую дубраву»?

Надсадно чихающий насос. Так ведет себя автомобиль, если ему в бензобак насыпать сахару…

Вышедший из строя генератор. Электрик из Литтл-Крик говорил, что гроза тут ни при чем…

Вирус, сожравший всю его документацию в Интернете.

Мэтт медленно вытянул вперед руку.

— Так это были вы, божьи одуванчики? Саботажем занимаемся, да? Соль в сахар, пописать в суп, насыпать известки в муку… Заразить компьютер вирусом, насыпать сахару в мотор насоса…

— Мэтт, послушай…

— Ни слова, миссис Слингсби. Старушек бить нельзя, а очень хочется. Лучше объясните, зачем вы все это делали? Хотя… не надо, не портите воздух. Я и сам догадаюсь. Клиенты обидятся, если им подадут соленый кофе и сладкую селедку. На починку насоса уйдут последние деньги, на новый генератор у меня их просто нет, а тут подойдет время платить за землю. Рано или поздно я буду вынужден продать «Дубраву» за бесценок, и тут-то вы ее и заполучите. Будете считать зябликов… и стегать друг друга плеткой по вечерам. Романтично!

Сара Слингсби затрясла вторым подбородком и взвыла:

— Этого не произошло бы, если бы ты принял наше предложение! Оно было вполне выгодным. Ты сам сделал выбор.

— Не-е-ет, миссис Слингсби. В торгах главное — не торопиться. И сейчас цену назначаю я. Значит, так, Слингсби: вы оплатите все мои счета за ремонт и приобретение нового оборудования. Нового, с иголочки! Современного! Еще вы выплатите мне полную стоимость своего проживания здесь за все пять лет. Чек выпишете здесь, сегодня, и я сам его обналичу через интернет-банк.

38